— Четыреста долларов. Мы сделали так, что одни люди стали у нас драться, другие захотели у нас драться и все вокруг о нас заговорили. Это обошлось нам в четыреста долларов, — в голосе Грега Апиняна звучит гордость.
Апинян — 29-летний житель Петербурга и организатор чемпионатов по смешанным единоборствам «Стрелка». Все в Питере знают, что такое «стрелка». Есть Стрелка Васильевского острова. Еще можно «забить стрелку», то есть вызвать оппонента на серьезный разговор. А теперь вот и чемпионат.
— Название отличное, — констатирует Апинян. — Его мой брат придумал.
За два года существования его бойцовские турниры прошли путь от междусобойчика стоимостью в 400 долларов до одного из ведущих игроков на отечественном рынке смешанных боевых искусств (ММА — от английского Mixed Martial Arts). Восемь миллионов просмотров роликов «Стрелки» на ютубе, победа в конкурсе World Press Photo в номинации «Лучшая спортивная история», которая в 2011 году досталась организаторам чемпионата за съемку их турниров, бои на футбольном газоне стадиона «Петровский», домашнем поле «Зенита», святом для питерцев месте, — вот лишь некоторые достижения Апиняна и компании.
Секрет успеха «Стрелки» в том, что в ней могут принимать участие обычные любители, в том числе и те, кто вообще никогда не занимался боями. И второе: «Стрелка» — уличный чемпионат. Его участники дерутся под открытым небом, на песке, траве или на голой земле.
— Это то, что выгодно отличает нас от традиционных турниров по ММА, — говорит Апинян. — Их формат многих зрителей отпугивает: восьмиугольник, люди в клетке, кровь, все страшно и мрачно. И совсем другое дело наши чемпионаты. Песок, голубое небо, солнце. И самые обыкновенные люди, которые порой проявляют такую силу духа, что остается только удивляться.
На первой «Стрелке», состоявшейся летом 2011 года, на бой вышел 40-летний усатый мужик. По сравнению с остальными он казался дедом. Мужика звали Александр Резе, он был бухгалтером. В следующие десять минут «дед» дал настоящий бой сопернику вдвое моложе его и в конце концов победил. По регламенту бои на «Стрелке» не имеют лимита по времени: они идут, пока один из бойцов не сдастся или пока бой не остановит судья. Рекордный бой в истории чемпионата длился 40 минут без перерыва. Все остальное — как в классическом ММА. На руках у бойцов накладки, им разрешено наносить удары руками и ногами и бороться в партере.
— Я работал с компанией «М-1», снимал бои Феди Емельяненко. Потом возил в Россию снаряжение и футболки бойцовских фирм, имел магазин. Сначала мы думали: устроим свой турнир, чтобы лучше футболки продавать. Но очень быстро бои задвинули магазин на второй план, — рассказывает Апинян.
Информацию о первой «Стрелке» распространяли по секциям смешанных единоборств. Звали участвовать всех. Местом выбрали петербургскую фабрику «Красное знамя» — когда-то она снабжала страну женскими чулками, а сейчас переживает не лучшие времена. С руководством фабрики заключили договор об аренде земли во дворе сроком на один день. Знакомые привезли двенадцать мешков песка, высыпали на землю и разровняли. По периметру натянули корабельные канаты — получился ринг. В качестве зрителей позвали участников городских авто- и мотоклубов — бесплатно, деньги за билеты «Стрелка» начала брать позже. Те приехали и сделали красивый фон: дорогие машины, ревущие моторы, девушки в коротких шортах. Дело было за малым — снять все на камеру и выложить в интернет. Все это, по словам Апиняна, и обошлось в те пресловутые 400 долларов. Причем почти половина этой суммы была обещана как вознаграждение бойцам.
— Подраться вызвались человек пять. И тогда я сказал: денег осталось шесть тысяч рублей, можно разделить по три тысячи и провести два боя. Когда эти поединки закончились, народ реально завелся. По зрителям пустили шапку и собрали еще шесть тысяч. Тут же появились и новые желающие попробовать себя в боях.
За два года под эгидой «Стрелки» провели одиннадцать турниров по смешанным единоборствам. Нахальных петербуржцев заметила и взяла под крыло американская компания «Трон», специализирующаяся на организации турниров по ММА. Сумму, за которую американцы выкупили право управлять бойцовским турниром в России, Апинян не раскрывает. Но, судя по его бодрому голосу и наполеоновским планам, сделка была что надо. Он продолжает организовывать бои, но уже как наемный сотрудник американцев.
Сегодня «Стрелка» предлагает франшизу регионам. Человек в любом городе России может воспользоваться ее названием, ее маркетинговыми ресурсами, в том числе навороченным интернет-сайтом, и провести чемпионат у себя. Два года пользования брендом «Стрелки» обойдутся ему в три миллиона рублей. Желающих пока не нашлось. Но цену франшизы при этом планируют поднять еще выше. Потому, что, по словам Апиняна, «Стрелка» продолжит развиваться, станет известней:
— В Питере турниров больше не будет. Мы чувствуем себя достаточно уверенно, чтобы идти на штурм Москвы. А потом, если все сложится удачно, через два-три года выйдем на интерконтинентальное развитие.
В очереди на участие в боях «Стрелки» стоят сегодня 838 человек. Этого хватит на семь-восемь турниров. Бойцы в чемпионате по-прежнему не зарабатывают больших денег, гонорары за победу редко превышают три-четыре тысячи рублей. Однако это нисколько не смущает мужчин, желающих попробовать свои силы в боях без правил. Они приходят из разных сфер, с разной бойцовской квалификацией. Один раз даже зэк звонил из тюрьмы. Сказал: «Я через четыре месяца выйду, хочу драться».
Али-Баба и разбойники
Еженедельно в России проходит не меньше десятка чемпионатов по смешанным единоборствам, в которых могут участвовать любители. Информацию о них распространяют в социальных сетях и на форумах интернет-сайтов, посвященных единоборствам, таких как koicombat.org или mixfight.ru. География этих турниров предельно широка. Это может быть подмосковная усадьба Середниково, бывшее имение Лермонтовых-Столыпиных, где в 2011-м провели состязания по наиболее жесткой версии боев Т-1. Или городские спортивные комплексы, как это было в Махачкале, Барнауле, Биробиджане, Воронеже, Краснодаре и практически любом другом городе России с населением от пятидесяти тысяч человек.
Нередко бойцов приводят в рестораны и ночные клубы, и тогда посетители наслаждаются поединками в снобистской манере «Великого Гэтсби» — сидя за столиками с напитками и едой. Так было, например, в подмосковной Коломне.
Независимо от профессии, религии или образования любительские бои притягивают мужчин со всей страны
Фото: Роман Яндолин/Интерпресс
Все вместе это означает, что внушительное количество мужчин, для которых бои не являются профессией, заканчивают в пятницу свои рабочие дела, прощаются с коллегами до понедельника и идут кулаками зарабатывать дополнительные деньги. Или, если денег не предлагают, доказывать себе и миру все то, что обычно доказывают мужчины.
Александр Анисимов — 30-летний сотрудник дорожно-строительного предприятия во Владимире. Для дебюта в смешанных единоборствах он выбрал ту их версию, которую одно авторитетное спортивное издание назвало «людоедской» — Т-1. Буква «Т» означает «тотальный».
По правилам Т-1 соперники выступают в обуви с жесткой подошвой. Разрешено наносить удары головой, добивать соперника ногами, если он не сдается. Организаторы хотели, чтобы участники дрались голыми руками, без перчаток, но тут уже воспротивились сами бойцы. «Не все были готовы преодолеть психологический барьер, драться на голый кулак», — говорит Герман Львов, президент лиги Т-1 и популяризатор абсолютных поединков. Так что в конце концов бойцам разрешили биться в накладках для миксфайта.
Один из участников в весовой категории Александра Анисимова выбыл из турнира, получив сначала удар лбом по носу (нос сломался), а затем, уже лежа на полу, ногой в голову. Александр оказался более удачлив. Он дошел до финала и только там, попавшись на болевой захват, проиграл.
— Я в разное время и рукопашным боем занимался, и борьбой, — рассказывает он. — А потом увлекся тяжелой атлетикой.
На вопрос, что заставило его оставить во Владимире жену и полуторагодовалого сына и уехать на чужбину драться, он говорит: «Стало интересно». Впрочем, тут же добавляет: «Интерес был удовлетворен». И, по крайней мере в ближайшее время, боев в его жизни больше не будет.
Интерес — это то, что привлекает в любительский миксфайт многих. Однако участие в поединках может стать и способом заработка. По оценке Федерации панкратиона России (эта организация стремится придать смешанным единоборствам олимпийский статус), гонорар за первое место на непрофессиональных турнирах колеблется по стране в диапазоне от 30 до 50 тысяч рублей. Сами участники называют более скромные суммы — 10–20 тысяч.
Призовой фонд собирается из спонсорских денег или взносов самих участников. Спортсмены, которые дерутся регулярно, ездят на два-три турнира в месяц. Если победить хотя бы на одном из них, а в другом занять второе место (за которое часто дают половину суммы), с вычетом расходов на дорогу получится «зарплата» около тысячи долларов. Для провинции это очень много. А если побеждать чаще, то и зарабатывать можно больше. Но таких очевидных звезд в любительском ММА нет: ротация победителей происходит постоянно.
Человека, которому сломали нос на Т-1, зовут Али-Баба. Его настоящее имя Вячеслав Юровских, ему 40 лет. Не имея определенного места жительства и порой ночуя на московских вокзалах, Али-Баба кочует с одного турнира по миксфайту на другой. Информацию о них ищет в интернете: он возит с собой ноутбук, ведет страничку на сайте mmablog.ru и часто сидит в социальных сетях.
Али-Баба сухощав, носит бороду, сломанный нос выдает в нем человека, которому крепко досталось в жизни. Пару месяцев назад про него написали в одном спортивном журнале. У журналистов он завоевал репутацию человека трудного: отказал в интервью многим, в том числе, по его собственным словам, «многим телевизионщикам» и «некоторым киношникам».
Некоторое время мы переписываемся «ВКонтакте». Али-Баба пишет из N-cка, своего родного города, куда заехал навестить родителей. Настоящее название N-ска он скрывает и называет его «Засранск»: «Это черная дыра. Сплошной День сурка».
В 90-е он учился на журфаке МГУ. Там же начал заниматься самбо в университетской секции. И когда жизнь выкинула его, провинциала, на обочину — без постоянной работы, без денег — именно борьба стала его основным занятием. В миксфайте Али-Баба похож на бородатого паука. Он подкатывается к сопернику, вяжет, стремится взять на бросок. «Бои не фонтан», — так он сам отзывается о своих поединках.
«ВКонтакте» — один из немногих способов связи с Али-Бабой. «Телефон я выкинул еще в прошлом ноябре. Скайпа тоже нет», — пишет он. Он говорит, что не дает интервью, потому что хочет остаться собой. У него нет спонсоров. И в Москве он по-прежнему бездомный: «Для полного счастья не хватает своего угла, хотя бы комнаты». Мог бы написать о себе книгу, были предложения, но пока не будет. В ближайших планах — турниры в Ростове-на-Дону и Белгороде: «В этом году я бился практически каждые выходные».
Очень скоро характер Али-Бабы дает о себе знать. Узнав, что будет не единственным героем статьи, он сворачивает переписку. Героев будет «достаточно и без меня», гласит его последнее сообщение.
25-летний уроженец Ленинградской области Вячеслав Кашуба — полная противоположность Али-Бабе. Он охотно отвечает на вопросы, и его не смущает, что писать собираются не только о нем.
«Мама мне говорила: интеллигенты драться не должны!» — Три года назад Кашуба, инженер со специальностью «судовождение», ходил в рейсы. Плавал в Америку, Канаду, Европу. Потом узнал, что совсем рядом, в Петербурге, проводят странные бои на песке — «Стрелку», и отправил заявку на участие. «На первое письмо мне не ответили. На второе перезвонили, и так началось мое приключение».
Сегодня он известен в мире любительского миксфайта под именем Морячок. Хотя с морем давно покончено: Вячеслав щеголяет дерзким ирокезом на голове, тренируется каждый день и мечтает сделать профессиональную карьеру в смешанных поединках. За его плечами четыре боя на «Стрелке» (три победы, одно поражение) и опыт выступления на других турнирах. Пока, говорит он, миксфайт не приносит дохода. Но у него перед глазами слава турниров UFC, главной промоушн-компании в ММА.
В рядах UFC все сегодняшние звезды миксфайта: чернокожие гиганты Джон Джонс и Андерсон Сильва, курчавый боец с африкано-корейскими корнями Бенсон Хендерсон, светлый и твердый, как сталь, Чейл Соннен. Все они получают пятизначные гонорары и живут жизнью настоящих звезд. У них есть эфиры на кабельных каналах, собственные фэн-сайты, их узнают в любом городе мира. Но для того чтобы достичь этих вершин, нужно отдавать всего себя, все свое время. Готов ли он к этому? Вячеслав Кашуба в этом не уверен. Пока он совершил главное: переборол себя, выходил драться против соперников, которые были и опытнее, и крупнее. Что было самым сложным? Он вспоминает уличные бои в Петербурге: «Самым сложным было выгребать песок из всего тела!»
Подполье
Нелегальные бои — тема, которая так или иначе всплывает, как только речь заходит о миксфайте. На запрос «подпольные поединки в Москве» интернет выдает ссылки на серию журналистских репортажей. Все они написаны предельно жестко, изобилуют подробностями и, скорее всего, не содержат и слова правды.
«В полумраке ночного клуба собираются ребята с кулаками, похожими на кувалды. Проигравшие частенько покидают арену на носилках», — пишет один автор. Другой рисует атмосферу еще более зловещую: «Московская милиция стала обнаруживать трупы молодых людей. Явно насильственные признаки смерти говорили, что парней убили в драке. Но где, как и кто — оставалось загадкой <…> И через некоторое время открылась страшная правда <…> В Москве устраивались подпольные бои. Самые настоящие бои до смерти».
В базе данных Следственного комитета единственное упоминание о жертвах поединков датировано 2008 годом. Да и то речь там идет не о подпольных боях, а о вполне официальном чемпионате. 16-летний участник турнира по карате в Кемерове умер от сердечно-сосудистой недостаточности, получив удар в грудь. Удар был в рамках правил, нарушений в действиях врачей не нашли. За отсутствием состава преступления возбуждать уголовное дело не стали.
Существование кровавых подпольных боев отрицают и в столичном отделе полиции Арбатского района. В конце 90-х именно про этот район ходили легенды: якобы самые жуткие турниры происходили в игорных заведениях на Арбате. «Если когда-то это и было, то давно ушло, — говорит сотрудник отделения, попросивший не называть его фамилии. — Сегодня данных о неофициальных бойцовских турнирах у нас нет».
С этой оценкой согласен и президент Федерации панкратиона России Владимир Кленьшев:
— Вокруг так называемых стрит-файтингов больше шума, чем реальных фактов. Да, у нас есть информация о таких турнирах. Но почти всегда это инициатива подростков, которые насмотрелись фильмов. Дело там заканчивается парой разбитых носов, а на следующий день подростки начинают заниматься паркуром или чем-то еще, что увидели в телевизоре. Другими словами, все это несерьезно.
Главная мужская работа
Бум вокруг любительского миксфайта настораживает официальные организации.
— У всех этих боев отсутствует главная составляющая спорта — детские секции, систематическая, комплексная работа с молодежью. Все, что я вижу, — это желание заработать, — сокрушается Владимир Кленьшев. — Организаторы любительских турниров хотят по максимуму оградить себя от ответственности. Вплоть до того, что они заставляют бойцов подписывать контракты, где те берут на себя все возможные риски. Разве это похоже на то, каким должен быть спорт?
Кленьшев предлагает брать пример с Федора Емельяненко, легендарного бойца ММА. Вот у него все правильно, полагает президент: Федор тренирует молодежь и собственным примером направляет ее в нужное спортивное русло.
21-летний Толгат приехал в Москву из Узбекистана, и у него, в отличие от президента Федерации панкратиона, любительские турниры по боям вызывают только энтузиазм. Шесть дней в неделю Толгат ремонтирует тротуар на Ленинском проспекте в составе строительной бригады. Затем, если остаются силы, идет на площадку с турниками в Нескучном саду. Бойцы ММА вообще любят турники. Считается, что они позволяют нарастить мышцы в меру: так, чтобы они не мешали скорости рук. Толгат аккуратно складывает футболку с логотипом промоутерской компании «М-1» и начинает отрабатывать удары.
У себя на родине он занимался тайским боксом, недолго — всего полтора года. Но в Москве, слышал он, и этого достаточно, чтобы завербоваться на поединки и стать звездой.
— Стройка — это не моя жизнь. Это второе, — резюмирует Толгат. — А главное — это бой.
Один удар. Второй. Третий. Пятидесятый… Когда придет его время входить в клетку миксфайта, он хочет быть в форме.
Подобно Толгату, отрабатывают свои удары и другие мужчины. Они делают это в спортзалах. В парках. В подъездах, пока ждут лифта. На собственных кухнях, пока никто не видит. Они работают программистами, менеджерами по продажам, экспедиторами, кем угодно. Но главное — и об этом могут не догадываться даже их родственники — это не их работа. Главное — это бой.
Один удар. Второй. Пятидесятый…
Автор Михаил Боков
Источник Expert.ru
